Факультет приглашает принять участие в научно-практической конференции «Эффективное управление» памяти М.И.Панова

Опубликовано расписание кандидатских экзаменов для аспирантов и соискателей

Статьям 76-го номера «Государственное управление. Электронный вестник» был присвоен Дискретный идентификатор объекта (DOI)










Публикации

Никонов В.А. России нужен свой рейтинг вузов

Интервью «Российской газете» 21.05.2013

Как заинтересовать старшеклассников предметами, по которым они не сдают ЕГЭ? Будет ли учитываться средний балл аттестата при поступлении в вуз? Сколько учебников истории надо школе? Об этом и многом другом корреспондент «РГ» побеседовала с председателем Комитета Госдумы по образованию, деканом ФГУ В.А. Никоновым.

Вячеслав Алексеевич, через неделю ЕГЭ. А это значит, что школьники весь год учили только те предметы, по которым сдают тесты. Как исправить ситуацию?

Вячеслав Никонов: Мне кажется, надо вернуться к учету среднего балла аттестата при поступлении в вуз, а в ЕГЭ по языкам – ввести устную часть. В ЕГЭ по русскому языку и литературе может быть что-то вроде сочинения, причем не по теме «Как я провел прошлое лето».

Это будущие поправки к закону?

Вячеслав Никонов: Пока это мое мнение, но оно может быть и оформлено в виде предложений в нормативные документы.

Говорят, что аспирантов обяжут ежедневно ходить на лекции?

Вячеслав Никонов: Скорее всего, с 2016 года невозможно будет защитить кандидатскую диссертацию, не пройдя обучение на третьем уровне высшего образования – пусть даже и экстерном.

Если в ведущих странах лучшие профессора начинают именно в аспирантуре учить лучших студентов, то у нас все к этому моменту учиться прекращают. Аспирантура должна наполниться полноценным содержанием. Будут введены нормальные обучающие программы, которые необходимо освоить прежде, чем браться за диссертацию. И ее подготовка станет завершением учебы в аспирантуре.

К декабрю 2013 года будет готов новый единый учебник по истории. Какие темы, на ваш взгляд, в нем могут подаваться иначе, чем сейчас?

Вячеслав Никонов: Всего в школах сегодня используется 238 учебников истории. Но для преподавания истории необходимо иметь 14 учебников по программе тех семи классов, в которых изучается отечественная и всеобщая история. При этом уже есть учебники, которыми пользуется более 60 процентов школ.

Профессиональными историками может быть подготовлен интересный, грамотный, отражающий последние достижения науки, учебник. И не только под картонной обложкой, но и с мультимедиа, со ссылкой на интернет-ресурсы. Написать новый учебник сейчас, когда выпущено очень много содержательных трудов по истории, в том числе – обобщающих, не такая сложная задача

Вы - доктор исторических наук и автор монографий по истории, а школьный учебник взялись бы написать?

Вячеслав Никонов: Я никогда не писал школьных учебников. Сейчас работаю над книгой под названием «Российская матрица»: что такое Россия, как ее исторический опыт влияет на нашу современную жизнь? Книга охватывает весь период российской истории – от Древней Руси до наших дней, – и даже немного заглядывает в будущее.

Минобрнауки предлагает изменить порядок экспертизы учебников, условия исключения книг из обязательного списка и правила отбора издательств. Для этого создается рабочая группа, куда пригласили учителей, методистов, представителей РАН, РАО и издательств. Кто должен решать, какие учебники нужны школе?

Вячеслав Никонов: Профессионалы из минобрнауки, специалисты по конкретным предметам, по методике преподавания, а вот представители издательств там не обязательны. Экспертизу должен проводить не тот, кто имеет доход от распространения, а тот, кто способен оценить качество. При этом никто не может запретить издательству работать с авторами тех учебников, которые проходят экспертизу.

В этом году во второй раз будет проводиться мониторинг вузов, наделавший много шума. По итогам прошлого в двоечники записали Литературный институт, МАРХИ, педагогические и аграрные вузы. Потом были объяснения – «ошибочка вышла». Как объективно оценить российские вузы?

Вячеслав Никонов: Надо изменить сам подход. Нельзя допускать ситуации, когда большое количество вузов объявляется неэффективными. Это серьезный репутационный удар по всей системе российского высшего образования.

Точно так же, как обвинения в неэффективности Академии наук - удар по репутации российской науки. Мы приглашаем людей из разных стран приезжать учиться в Россию и при этом заявляем, что у нас вся высшая школа и академическая наука неэффективны. Где логика?

Надо уважать и коллективы, и научные школы, и вузы, и академию наук. Оценивать работу вузов и составлять рейтинги нужно. Можно взять мировой опыт составления рейтингов и применить их к нашим вузам. Это будет более справедливо, чем те явно неадекватные критерии, которые были применены при оценке эффективности вузов. Какие критерии использовать? Я бы прислушался к рекомендациям Союза ректоров, которые предлагают дифференцировать их по типам вузов. Одно дело - оценивать классический университет, другое – педагогический или аграрный вуз.

Сколько критериев нужно оставить в мониторинге?

Вячеслав Никонов: В предложениях Союза ректоров их около сотни. Но это слишком много. Учебные заведения надо делить не на эффективные и неэффективные, а на вузы и невузы. Есть вузы, где люди учатся, получают полноценное высшее образование, а есть шарашкины конторы, где за деньги выдают дипломы.

В этом году в мониторинге может появиться еще один критерий – трудоустройство выпускников. Как вам предложение ректора НИУ ВШЭ Кузьминова учитывать зарплату выпускников на выходе из вуза?

Вячеслав Никонов: В России нет единой системы учета распределения выпускников. Если считать тех, кто зарегистрирован на бирже труда, это не даст полной картины. Вице-премьер Ольга Голодец недавно сказала, что у нас 38 миллионов человек работают неофициально. Как их учитывать?

Если использовать критерий размера зарплаты, в этом случае на первой позиции окажутся бизнес-школы, а на последней – выпускники педагогических и аграрных вузов, которые нужны гораздо больше, чем выпускники бизнес-школ. Этот критерий может применяться, но как один из ста, а не один из десяти.

Сколько вузов нужно стране?

Вячеслав Никонов: Очевидно, что количество вузов у нас избыточное. Их вдвое больше, чем было в СССР. Но я не хотел бы называть никаких цифр. Подход должен быть качественным, а не количественным.

К 2020 году не менее пяти вузов должны войти в топ-100 международных рейтингов. У каких вузов есть шансы?

Вячеслав Никонов: МГУ уже там. Проблема в том, что составители международных рейтингов имеют в виду прежде всего себя. Одним из самых существенных критериев является индекс цитируемости в узком списке научных журналов, которые издаются в основном в США и Великобритании на английском языке. Всегда будут проигрывать те страны, где английский не является основным языком преподавания и науки.

Вряд ли Россия должна становиться страной, где учат и пишут книги на английском. Есть дисциплины, где это просто бессмысленно. Как, например, можно оценивать уровень развития русской филологии по цитируемости в англоязычных журналах? России нужен свой рейтинг вузов. Но если мы будем играть по существующим правилам, то придется наращивать количество публикаций в этом списке англоязычных журналов.

Это реальная задача?

Вячеслав Никонов: Да. Китайцы решают ее просто: платят журналу деньги за публикацию. О качестве науки это мало что говорит, хотя китайская наука идет вперед семимильными шагами и по многим параметрам уже опережает российскую. Но если мы возьмем за основу, например, и другие критерии, скажем, количество спутников, запущенных вузом на орбиту Земли, или мощность университетского суперкомпьютера, то МГУ окажется первым.

Тогда мы должны предлагать свой рейтинг и ставить условия: оцениваем вузы по суперкомпьютерам и спутникам.

Вячеслав Никонов: Надо создавать свои рейтинги и не абсолютизировать международные. Не считать, что это истина в последней инстанции.

Не утихают скандалы с плагиатом. Дошло до того, что обвинения звучат даже в адрес депутатов. Неужели все списывают?

Вячеслав Никонов: То, что в последние 20 лет при подготовке диссертаций было много афер и подтасовок, это факт. Хорошие предложения по аттестации научных кадров внес ВАК. Например, ответственность членов диссертационных советов и оппонентов, если будут вскрыты нарушения в подготовке диссертации. Им может грозить ограничение в праве быть членом диссовета, научным руководителем, оппонентом, вплоть до расторжения трудовых соглашений. В числе других мер – размещение диссертаций в Интернете.

Когда-то наше образование было одним из лучших в мире, а сейчас мы на 20 месте, позади Венгрии и Словакии. Есть ли шансы вернуть утраченные позиции?

Вячеслав Никонов: Не все однозначно. У нас нередко образование рассматривается как отраслевая проблема, связанная исключительно с деятельностью Минобрнауки. На самом деле образование – это формирование интеллектуального капитала нации, информационная, социальная и даже во многом промышленная политика. Поэтому подход должен быть не отраслевым. Это задача всей государственной политики.

Наша начальная школа просто замечательная. Россия в тройке лучших стран вместе с Финляндией и Сингапуром. В основной школе дети уже во многом теряют мотивацию, тут мы в десятке лучших, все еще успешно конкурируя.

Что касается старшеклассников, то мотивация у них снова повышается, но готовятся они лишь по предметам ЕГЭ. Кроме того, сама система тестирования не учит говорить и писать. Отсюда – более низкие показатели. В бакалавриате мы снова не ниже западных стран по уровню подготовки. А дальше – провал. В качестве важнейших задач я бы назвал выстраивание второго и третьего уровня высшего образования – магистратуры и аспирантуры.

Когда появится обязательная школьная форма

Родители волнуются: когда в школах появится обязательная форма и все ли успеют ее купить к новому учебному году.

Вячеслав Никонов: В трети школ она уже есть. Желательно, чтобы с будущего учебного года большинство школ перешли на форму. В России, кстати, школьная форма была с 1834 года и исчезала только в период распада страны и смуты. За границей во всех хороших школах есть форма. Это важно для воспитания корпоративного духа, солидарности, стирания социальных граней и придания уверенности детям.

Так ведь выяснилось, что в стране некому ее шить! На всю Россию почти не осталось предприятий, которые выпускают нужную ткань. Что, будем поддерживать китайских производителей?

Вячеслав Никонов: Одновременно во всех школах ввести форму сложно. Сейчас в стране существует три крупных камвольных комбината, которые выпускают ткань нужного качества. Швейные предприятия тоже могут не справиться. Но вопрос не ставится так, чтобы школьная форма стала одинаковой и обязательной для всех с 1 сентября 2013 года. Может, придется вводить ее поэтапно. Многое будут решать сами регионы и школы, но полной анархии быть не должно. Иначе мы получим слишком много региональных отличий, которые могут носить также этнический и религиозный характер. Это должно быть исключено федеральным законодательством.

Эксперты предлагают ввести ГОСТ на школьную форму. Будет такой стандарт?

Вячеслав Никонов: Не уверен, что это нужно.

Источник: RG.RU

21.05.2013
© ФГУ МГУ 2019
119992, Москва, Ломоносовский проспект, д. 27, корпус 4; Тел.:+7(495) 939-53-38